Сценарий 1. ИИ написал всё

Разработчик ввёл промпт и скопировал результат без изменений. Человек здесь — оператор, а не автор. По ст. 1228 ГК РФ автором может быть только физическое лицо, чьим творческим трудом создано произведение. Нет творческого вклада — нет объекта интеллектуальной собственности. Такой код фактически становится общественным достоянием.

Что делать: коммерческая тайна, NDA. Депонирование в Роспатенте технически возможно, но если дойдёт до суда, защита будет уязвимой. При этом утверждать, что код написан ИИ без участия человека, вовсе не обязательно — задачи в трекерах помогут показать обратное.

Сценарий 2. ИИ как инструмент

Разработчик использует ИИ для автодополнения и подсказок, но архитектурные решения, постановка задач и ревью — за человеком. ИИ здесь работает как IDE или компилятор. Автор — человек, код охраняется в стандартном режиме.

Что делать: регистрация в Роспатенте и ЕРРП, фиксация вклада человека в git-истории.

Сценарий 3. Существенная переработка

ИИ сгенерировал черновик, человек его отрефакторил, оптимизировал и встроил в архитектуру продукта. Творческий вклад есть — код охраняется как производное произведение по ст. 1260 ГК РФ.

Что делать: документировать объём и характер переработки — коммиты, changelog, архитектурные решения.

Дело не в том, что «ИИ написал», а в том, что человек с этим сделал. Творческий вклад человека — единственный рабочий критерий охраноспособности по действующему ГК РФ.

Судебная практика уже есть

Российские суды начали формировать подходы, пусть и без единообразия. Несколько ориентиров:

  • Дело № А42-3966/2023: суд признал права за человеком, который создал исходную 3D-модель, а нейросеть использовал только для финальной обработки. ИИ — инструмент, автор — человек.
  • Девятый арбитражный апелляционный суд в 2024 году по делу о дипфейке: технология — лишь инструмент обработки, первичный творческий замысел создан человеком.

Общая позиция судов: без доказуемого творческого вклада человека нет охраны. При этом Верховный суд в мае 2026 года впервые поручил провести масштабное обобщение практики по делам с ИИ. Единообразия пока нет, но направление понятно.

Прецедент Сбербанка

В 2021 году Роспатент зарегистрировал программу, созданную с помощью нейросети ruGPT-3, по заявке Сбербанка — авторами указаны разработчики, обучившие модель. Важный нюанс: Роспатент не проверяет способ создания. Зарегистрировать технически можно, но реестровая запись — лишь презумпция авторства.

Можно ли в суде доказать, что код полностью сгенерирован ИИ без участия человека? Вопрос открытый — и именно поэтому документирование творческого вклада критически важно.

Служебное произведение и ИИ

Если разработчик пишет код в рамках трудовых отношений, по ст. 1295 ГК РФ исключительное право принадлежит работодателю. Но с AI-инструментами возникают вопросы без однозначного ответа:

  • Если суд решит, что творческого вклада человека нет, нет и служебного произведения. Тогда нужно смотреть на пользовательское соглашение сервиса: если подписка куплена работодателем и соглашение передаёт права пользователю, работодатель может опереться на это. Но это договорная конструкция, а не авторское право.
  • Кому принадлежат промпты, созданные разработчиком в рабочее время? Зависит от формулировок трудового договора.
  • Может ли в сгенерированном коде оказаться чужой защищённый фрагмент? ИИ обучался на огромных массивах данных — риск реален.

Трудовые договоры, написанные до эпохи AI-инструментов, эти ситуации не покрывают. Это риск, который стоит закрыть сейчас.

Коротко о международном опыте

США, ЕС и Россия сошлись на одном: авторство требует участия человека. Китай — единственная юрисдикция, где в ряде случаев защищали AI-контент при минимальном участии человека, но единой практики нет. Россия в общем мейнстриме, но без конкретики: законопроект об ИИ вопрос авторства намеренно обошёл.